Юрий Хардиков: «Я сибиряк, я буйный, я телец по гороскопу…»

Москва, Июнь 16 (Новый Регион, Арина Морокова) – Бывший префект Северного округа Москвы Юрий Хардиков, со скандалом отстраненный со своей должности полтора года назад и обвиняемый в похищении миллиарда рублей у бизнесвумен Елены Батуриной, впервые прокомментировал свою отставку и уголовное дело.

Хардиков заявил, что пока он находится на свободе «на лечении». Никаких изменений в его статусе не произошло.

Между тем, месяц назад ряд СМИ со ссылкой на пресс-секретаря Следственного комитета при МВД РФ Ирину Дудукину сообщили о том, что бывший префект Северного административного округа г. Москвы Юрий Хардиков, якобы арестован в одной из «стран мира» и ожидает экстрадиции в Российскую Федерацию.

«Новый Регион» приводит текст заявления Хардикова с сокращениями:

«…Я узнал много своих недостатков от неизвестных мне лично митволей и дульзонов и пытался найти объяснения этим странным названиям, но даже в словаре Даля их обнаружить не удалось. Главное, и, несомненно, хорошее – это уход из Московского правительства. На самом деле год лжи и черного пиара ничто по сравнению с другими возможными вариантами развития событий. Дорога туда в одну сторону, и назад мало кто возвращался, если только, поцеловав кормящую ручку, получал шанс прозябать тихо на вторых или далее ролях. Но я сибиряк, я буйный, я Телец по гороскопу, и это точно не мое.

Похитил ли я у Батуриной миллиард? Конечно, нет. Это невозможно. Сможет ли Батурина с помощью милиции отнять у меня миллиард – маловероятно. Во-первых, у меня его нет, во-вторых – к счастью, не все ей подвластно. Подвластно много, очень много, но в жизни ничего не бывает вечного.

В отношении меня была приготовлена иезуитская расправа, но я их вычислил. Бездарно и просто генерал милиции позвонил и попросил принять человека, своего сотрудника, а подослал предпринимателя с дипломатом! Материалы на снос незаконного объекта бизнеса этого предпринимателя были в суде, и отзывать иск префектура не могла. Смею предположить, что дипломат был не пустым. Защититься от такой комбинации в одиночку было сложно, и я обратился сначала в Генпрокуратуру, потом в ФСБ. Есть тому событию многочисленные свидетели.

А было это 20 декабря 2008 года, в субботу, в День чекиста. И обсуждая с полковником ФСБ у себя в рабочем кабинете ситуацию, мы пришли к выводу, что лучше этого предпринимателя отправить подобру-поздорову. Иначе, если его запустить в кабинет, он, заряженный камерами и микрофонами, закричит: «Я принес все, что вы просили», выронит из дипломата пачки с мечеными деньгами. А дальше дело техники – ворвутся маски-шоу, полковника ФСБ вытащат черным ходом, а Хардикова вечером покажут по НТВ – все-таки сибирячок слабым на руку оказался!

Профессионально разработанная провокация московских милиционеров сорвалась. Мы ведь тоже не пальцем деланные, работали операми, кое-что понимаем, и, оказывается, не хуже таких провокаторов. Я уже сказал, что этому событию есть немало свидетелей, только по таким делам во времена известного генерала Пронина в Москве никто не разбирался. Уберег меня Бог, и спасибо Ему.

Хорошо помню, что новогодние каникулы были до 13 января, и именно в этот день я попрощался с московским мэром навсегда. Встретился лично, подал заявление на отпуск с последующим увольнением по собственному желанию. По такой формулировке и был уволен. Правда, напомнил ему наш разговор, когда мы летели из командировки в Абхазию. Я ему сказал, что милиция в Москве беспредельничает. Возможно, солнечная Абхазия или Черное море сделали Юрия Михайловича сентиментальным, и он мне ответил: «Юра, все прогнило. Я тебе помогу». Как оказалось – не помог, или это было выше его сил.

Однажды близкий к мэру Лужкову человек сказал мне, что мэр помнит из своего близкого окружения, кто есть кто, не больше 200 человек. Может, так оно и есть. Я думаю, что меня он уже забыл, а все гадости, которые происходят, идут на автомате по давно отлаженной схеме. Иначе чем объяснить, что судебная система Москвы направила мне уведомление о рассмотрении моей жалобы в московскую тюрьму. Я еще на свободе, и это сильно удивляет московских судей, поскольку заявление на меня подала Елена Батурина (жена Лужкова). Я сильно не обольщаюсь, но радуюсь своей свободе, сколько могу, а от сумы и от тюрьмы не зарекаюсь. В России живем!».