Москва, Июль 08 (Новый Регион, Дарья Неклюдова) – «Новая газета» составила прейскурант на пытки в милиции: компенсации за них ничтожны в сравнении с европейскими.
Конкретное проявление милицейского произвола можно с помощью языка судебных решений перевести в осязаемый для кошелька денежный эквивалент. Ориентируясь на этот своеобразный прейскурант, несложно оценить, сколько государство заплатит за убийство милиционером родственника, удаленную после общения со стражем порядка селезенку и лопнувшую барабанную перепонку. Так, по подсчетам «Новой газеты», цена за летальный исход: 100-300 тыс. рублей; стоимость пыток и увечий: 10-150 тыс. рублей; тариф за «клетку»: от 6 до 450 тыс. рублей.
Четкой тарификации морального вреда по делам о милицейском произволе в российском законодательстве нет. Каждый судья определяет сумму компенсации по-своему. При этом далеко не всегда так, как оценивают ущерб сами жертвы.
Одним из критериев для оценки эффективности компенсации как средства защиты является обязанность присуждать суммы компенсации, адекватные присужденным Европейским судом по правам человека в аналогичных делах (решение Scordino v. Italy (no.1) §§ 202-206 и 213). Анализируя касающиеся России дела, Европейский суд указал: присуждаемые российскими судами по аналогичным делам суммы компенсации в сравнении с практикой самого суда были необоснованно занижены.
Слесарь по ремонту газового оборудования из поселка Новый Тукаевского района Татарстана Фания Хайруллина в середине мая этого года получила денежный перевод из Минфина России в размере 250 тысяч рублей. Сумма поступила за смерть ее 51-летнего мужа в стенах Тукаевского РОВД. По официальной версии милиционеров, он повесился на балконе пятого этажа. Общественное расследование Казанского правозащитного центра показало: самоубийство Жавдата Хайруллина инсценировали милиционеры после пыток задержанного.
За 6,5 года жена не добилась осуждения сотрудников милиции за гибель супруга. Однако Ново-Савиновский районный суд Казани, невзирая на отсутствие обвинительного приговора, обязал государство выплатить вдове деньги, которые та уже не надеялась получить.
Заместитель начальника отделения милиции Тунгокоченского РОВД Забайкальского края Олег Иванов и старший оперуполномоченный уголовного розыска Юрий Князев решили, что житель поселка Вершино-Дарасунский Сергей Степанов как никто иной подходит на роль козла отпущения, на которого можно повесить нераскрытое преступление. Перед смертью 36-летний мужчина успел рассказать близким, что милиционеры его многократно поднимали и бросали на пол, после чего танцевали на его теле. Через пару месяцев отец Сергея покончил жизнь самоубийством: не смог перенести потерю сына. Милиционеры получили по 8 и 7 лет колонии строгого режима соответственно. Сестра забитого до смерти спустя три года добилась выплаты от Минфина 100 тысяч рублей.
В ноябре 2007 года родителям убитого милиционерами жителя татарстанского поселка Актюбинский Ильмира Хайдарова чиновники выплатили 300 тысяч рублей. А уже в этом году государство решило вернуть ушедшие из бюджета на компенсацию морального вреда деньги, направив иски в порядке регресса. Суд пошел навстречу прокурорам, и получившие в свое время 3 года и 9 лет лишения свободы старший оперуполномоченный Марат Валеев и сотрудник патрульно-постовой службы Рамиль Сафин должны будут возместить бюджету откупные за пытки.
В конце мая глава МВД Татарстана Асгат Сафаров заявил, что «во многих случаях люди просто пытаются заработать на судебных исках, требуя компенсации «морального ущерба», ведь суммы жертвам милицейского произвола присуждаются немалые».
Сначала Новочебоксарский городской суд, а затем и Верховный суд Чувашии в один голос решили, что избиение Артура Иванова в участковом пункте милиции № 1 Новочебоксарска, завершившееся «надрывом левой барабанной перепонки», должно обойтись Минфину России в 20 тысяч рублей. 22 июня этого года Иванов направил жалобу в Европейский суд в надежде получить 312 тысяч (10 тыс. долларов), как это принято в Страсбурге по аналогичным делам. Юристы считают, что перспективы у Иванова очень даже неплохие, учитывая, что чувашский суд вопреки нормам международного права открытым текстом пояснил: «Следовать практике Европейского суда нужно не во всем и не всегда». Избивший же Иванова капитан милиции Медведев приговорен к 3 годам колонии общего режима.
В чувашской правозащитной организации «Щит и меч» отмечают, что пытка должна быть реально зверской, а последствия, если не смертельными, то весьма печальными, чтобы суд объективно оценил страдания жертвы милицейского произвола. В качестве примера приводят трагедию местного жителя Владимира Ершова, который за разорванный мочевой пузырь получил от республиканского Минфина 45 тысяч рублей.
Елена Николаева узнала, что подозревается в мошенничестве. Спустя месяц уголовное дело прекратили, а суд первой инстанции даже обязал Минфин выплатить пострадавшей от ошибок следствия 6 тысяч рублей, однако в кассации это решение было отменено. Финансисты не только успешно обжаловали эту смешную сумму, но сумели внушить судье, что требовать компенсации можно тогда, когда человеку предъявлялось обвинение, в то время, как Николаева была лишь подозреваемой.
17 июня этого года Абаканский городской суд обязал Минфин России выплатить 20 тысяч рублей Дмитрию Беспалову. В апреле 2007 года в отношении него было возбуждено уголовное дело: якобы молодой человек украл мобильный телефон. Спустя 2 года следователь Следственного управления при УВД прекратил уголовное преследование.
Руководитель Забайкальского правозащитного центра Виталий Черкасов отмечает: «В последние пару лет стали присуждать более разумные суммы компенсации тем забайкальцам, кто подвергся пыткам и истязаниям. На этом фоне не всегда справедливыми воспринимаются суммы, присуждаемые тем, кто незаконно привлекался к уголовной ответственности».
Так, Михаилу Романову за 4 года уголовного преследования (осудили на 11 лет), из которых 2,5 года он провел за решеткой, Агинский районный суд Агинско-Бурятского автономного округа присудил в качестве моральной компенсации 450 тысяч рублей, то есть по 300 рублей за каждый день «хождения под статьей».
Три месяца провел в следственном изоляторе по обвинению в убийстве 24-летний читинец Дмитрий Апрелков. Когда поняли, что поймали не того, и выпустили, выяснилось, что в СИЗО у Дмитрия развился очаговый туберкулез. Черновский районный суд Читы присудил Апрелкову 100 тысяч рублей с Минфина России.
5 тысяч рублей получил Роберт Валерианов за два месяца подозрения и два дня, проведенных в изоляторе временного содержания. 8 тысяч рублей суд присудил жителю Цивильска Владимиру Иванову, которого из отделения увезли в кардиологию на «скорой помощи».
15 тысяч рублей получил Иван Долгов за 2,5 месяца в СИЗО. Интересно, что при определении суммы компенсации в этом случае суд «учел индивидуальные особенности истца» – то, что он «является сельским жителем». Это – к вопросу о «сословном» принципе, отмечает издание.
Очевидно, что этот «прейскурант» на милицейский произвол может быть полезен не только истцам, чтобы знали, сколько требовать у государства денег за преступления правоохранителей. Не только сотрудникам милиции, чтобы осознали, в какую копеечку обходятся государству их выходки. Не только Минфину, чтобы практику взыскания денег в порядке регресса с самих виновников сделал повсеместной. Мало кто из судей в России решается на создание глобальных прецедентов и рискует присудить «завышенную» компенсацию, отмечает газета.
В январе этого года генпрокурор Юрий Чайка и министр финансов Алексей Кудрин издали совместный приказ о проведении обязательной прокурорской проверки по каждому случаю прекращения уголовных дел и оправдательных приговоров в суде. Причина простая: и Кудрина, и Чайку беспокоит рост количества удовлетворенных судами исков за незаконное уголовное преследование (150-200 поступающих исков в начале 2000-х против более 2000, удовлетворенных в 2008-м). Только в 2007 году на эти цели ушло 120 миллионов рублей. На практике этот приказ может обернуться угрозой пострадавшим – захочешь получить компенсацию, получишь возобновленное в отношении тебя уголовное дело, отмечает газета.
На материалах реальной судебной практики Страсбургского суда журналисты составили соответствующий прайс-лист. Согласно нему, за «жестокое обращение милиционеров с заявителем: избиение в отделении милиции» Европейским судом в Страсбурге присуждается компенсация пострадавшим в размере от 8 тысяч евро до 33 640 тысяч евро. Плюс еще 3900 тысяч евро за длительное неисполнение данного решения.
Изнасилование в отделении милиции оценивается в 70 тысяч евро, а «бесчеловечное обращение, пытки и групповое избиение на протяжении четырех дней» и «жестокое обращение, отсутствие эффективного расследования и незаконное содержание под стражей – в 20 и 30 тысяч евро соответственно. Впрочем, если пытки и увечья пострадавшему наносились с целью выбивания нужных милиции показаний – цена вопроса возрастает до 250 тысяч евро. Захват недвижимости гражданина сотрудниками МВД и причинение ущерба – до 175 с лишним тысяч евро, добавляет NEWSru.com.
Госдумой РФ правит «какой-то Тараканище» 
