Москва, Екатеринбург, Июнь 08 (Новый Регион, Александр Родионов) – До саммита Шанхайской организации сотрудничества, который в этом году проходит в России, осталась ровно неделя. Между тем, до сих пор неизвестна повестка этого мероприятия. Кроме неконкретных заявлений о его «антикризисной» составляющей и возможной темы дедолларизации экономик стран-участниц, более нет ничего. А потому экспертное сообщество и журналисты гадают – отметится ли в этом году «антипод» Евросоюза чем-то судьбоносным или же МИДы шести стран-членов бравурно «перепишут» коммюнике прежних лет. Но уже сейчас эксперты заявляют в голос – из аббревиатуры ШОС ключевым словом остается «Шанхайская».
В этом году саммит ШОС намечен на 15-16 июня и состоится в Екатеринбурге, который спешно готовят к приему высоких гостей. Между тем, до сих пор неизвестна точная повестка предстоящего заседания. В Москве, в оргкомитете по подготовке саммита «Новому Региону» сегодня так и не смогли обозначить ни один из вопросов, которые будут обсуждаться президентами России, Китая, Киргизии, Таджикистана и Узбекистана, не считая глав стран-наблюдателей, которые все никак не вступят в этот «азиатский» аналог Евросоюза. Примерного перечня главных тем нет и на официальном сайте МИД – надо сказать, этому обстоятельству российские эксперты выражают немалое удивление.
«Я разделяю недоумение тем, что до сих пор не обозначены приоритетные вопросы, которые будут обсуждаться на этом саммите. Все-таки надо понимать, что вкладываются немалые деньги, в том числе в облагораживание места проведения этого саммита. Если он будет, что называется, «проходным» событием – для того, чтобы просто встретились президенты, поглядели друг на друга, сказали приятные слова, что мы знаем, бывает, особенно на саммитах СНГ в течение последних лет – то закономерно встает вопрос: а зачем нужна Шанхайская организация сотрудничества, насколько она выполняет свои задачи и насколько продуктивно участие в ней Российской Федерации», – заявил «Новому Региону» аналитик Российского института стратегических исследований Аждар Куртов. Впрочем, он допускает, что «интрига саммита» сохраняется из-за экономического кризиса, «с которым большинство стран ШОС справляется далеко не лучшим образом».
По его словам, ожидать от ближайшего саммита конкретики в реализации экономических программ, намеченных несколько лет назад, а таких чуть ли не 130, не приходится. Г-н Куртов указывает, что на самом деле в сфере экономики каких-то проектов в рамках всех стран ШОС не много. Чаще всего это проекты, реализуемые на двухсторонней основе – между Китаем и Таджикистаном, Китаем и Узбекистаном, Китаем и Киргизией, но проектов, которые бы объединяли все страны, практически нет.
«Это «слабое звено» ШОС и это очень тревожный сигнал для России – она не может соревноваться с Китаем в сфере предоставления кредитов на тех условиях, на которых это делает Пекин. А он обладает почти двумя триллионами международных резервов, и естественно находится на голову выше России и пользуется этим. Недавно 20 млрд. долларов он предоставил Казахстану, в результате чего активно проводит политику по приобретению месторождения углеводородного сырья. Появились сообщения о том, что Китай предоставил 3 млрд. долларов Туркменистану (не входит в ШОС, прим. НР) на освоение газового месторождения, а на днях заявил о готовности предоставить кредит Таджикистану, в том числе для постройки электростанции. Это прямая конкуренция России», – указывает Аждар Куртов.
Он отмечает, что Китай целенаправленно и последовательно проникает в Центральную Азию, используя для этого и Шанхайскую организацию сотрудничества в качестве «зонтичной» организации, которая прикрывает его интересы: «Мы (Россия, прим. НР) это проникновение своим участием в ШОС легитимизируем. А какие при этом у России альтернативы? Соревноваться мускулами в экономической мощи мы не можем – нужно «по одежке протягивать ножки».
По мнению эксперта РИСИ, на саммите будут решаться традиционные для него вопросы – усиление борьбы с терроризмом – наметки в отношении нового документа на этот счет уже есть и ряд политических вопросов: «Что касается дедолларизации и вывода на первый план юаня, то пока непонятна политика самого Китая на этот счет. Россия и ее союзники могут сколько угодно мечтать о рубле, как о резервной валюте, но прежде нужно посмотреть на цифры и понять, какой вес занимает Киргизия, Таджикистан, Узбекистан да та же Россия в международной торговле. А заинтересованы ли другие государства мира, чтобы при таком маленьком весе страны (России) иметь в качестве резервной валюты рубль? В отношении юаня этот вопрос может и будет поднят, но Китай на самом деле в экономической политике использует далеко не рыночные механизмы, например, демпинг. Поэтому однозначно думать о ближайшем «светлом» будущем юаня и открытии новых обменных пунктов в России я бы не рекомендовал».
Что касается действительно «острых» проблем, то в РИСИ отмечают, что дипломаты ШОС их искусно обходят. К ним относятся многолетние прогнозы о «водных» войнах в Центральной Азии и проблему внешних границ. Дело в том, что внутри Центральной Азии есть множество недолимитированных границ, а некоторые из этих участков на границах стран ШОС до сих пор заминированы: «Это ненормальная ситуация, но ШОС даже не пытается ее моделировать – никто из дипломатов не хочет брать на себя ответственность – не доросла еще ШОС до уровня Евросоюза».
Ничего судьбоносного не ожидает от предстоящего саммита и руководитель Института проблем глобализации Борис Кагарлицкий: «Разумеется, у некоторых стран ШОС сейчас появились дополнительные амбиции, связанные с кризисом. Как ни странно, Россия больше, чем Китай выступает за изменение международной валютной системы, и продвижением рубля и юаня вместо доллара. При этом показательно, что об этом больше говорят в России, чем в Китае. При этом сами китайцы этого не хотят и уклоняются от этого, а Россия их подталкивает – со стороны КНР не было ни одного заявления. Тем не менее, этот вопрос будет ставиться на этом саммите».
Он также указывает, что Россия в составе ШОС объективно слабее Китая. «Она в большей степени пытается политизировать ШОС и создать из него экономико-политический блок в противовес США и ЕС, так как продолжает жить в логике межатлантического противостояния. А Китай живет другой логикой, он также заинтересован в укреплении ШОС, но регионального масштаба, своих позиций в Средней Азии, в чем Россия в свою очередь не заинтересована, так как это будет происходить за ее счет. Но соотношение сил сейчас таково, что Китай сильней других стран ШОС вместе взятых – в экономическом, политическом и, возможно, уже военном плане», – отмечает Кагарлицкий.
По его мнению, саммит не даст впечатляющих результатов потому, что есть серьезные противоречия между российским и китайским видением целей и задач ШОС, а все остальные страны лавируют между ними. Что касается появления новых участников, то оно интересно для Монголии, а вот с Индией сложней, так как она соперник Китая и ее присоединение изменило бы внутреннюю конфигурацию ШОС. «Не уверен, что это нужно китайцам, но опять-таки это интересно россиянам, так как уменьшило бы влияние КНР», – говорит г-н Кагарлицкий.
В свою очередь директор Института проблем глобализации Михаил Делягин допускает, что на саммите могут быть заключены кулуарные договоренности относительно системы коллективной безопасности. «Страны ШОС это около половины всего человечества, это четыре с половиной ядерных стран. Иран, который также будет присутствовать на встрече, конечно, не ядерная страна, но если захочет, будет ей», – отмечает г-н Делягин. Он допускает, что кулуарные договоренности стран-участниц могут стать одним из козырей президента России Медведева в ходе предстоящей в июле встречи с президентом США Бараком Обамой и обсуждения наболевшей проблемы ПРО.
Справка «Нового Региона»:
Шанхайская организация сотрудничества – субрегиональная международная организация взаимозащиты, основанная в 2001 году лидерами Китая, России, Казахстана, Таджикистана, Киргизии и Узбекистана. Общая территория входящих в ШОС стран составляет 61 % территории Евразии. Ее совокупный демографический потенциал – четвертая часть населения планеты, а экономический потенциал включает самую мощную после США китайскую экономику. Официальные рабочие языки – русский и китайский. Штаб-квартира организации расположена в Пекине. Первыми документами, принятыми ШОС, стали «Декларация о создании Шанхайской организации сотрудничества», «Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом» и «Совместное заявление о подключении Узбекистана к механизму «Шанхайской пятерки».
Главное отличие ШОС от других региональных образований на территории бывшего СССР состоит в том, что помимо стран СНГ в нее входит Китай. В марте 2008 года Иран подал официальное заявление о намерении стать полноправным членом организации. Среди прочих стран региона Средней Азии Монголия стала первой страной, которая получила статус страны-наблюдателя на саммите в Ташкенте (2004 год). Пакистан, Индия и Иран получили статус наблюдателей в следующем году на саммите в Астане. В то время как Пакистан и Иран хотели бы стать полноценными участниками организации, Индия и Монголия не проявляют такой заинтересованности.
Сотрудников избиркомов учили фальсификациям 
